Зоар Брейшит 104

Зоар Брейшит 104

 

В Торе (Шмот, 32:6) сказано: «И встали они назавтра пораньше, и вознесли жертвы всесожжения, и приготовили мирные жертвы; и уселся народ есть и пить, и поднялись забавляться».

«… и поднялись забавляться». Они уселись и поднялись с земли. «… и «поднялись», «вейкму». И «йкму»: Йуд, Куф, Мэм, Вав. И «забавляться», «лцахок»: Ламед, Цади, Хет, Куф. Радость всегда выше, чем утоление жажды или насыщение. Они уселись, потом поднялись. В слове «забавляться» Хет может Цади и Куф либо соединять, либо разъединять. Если Хет - прегрешение, оно разъединяет. И забава сводится к удовлетворению тяжёлых желаний. Если это веселье духовное, Хет – чудо, оно Куф и Цади соединяет. То же самое «йкму». Когда Йуд входит в Куф, Куф через Вав соединяется с Мэм. Подняться означает: когда непостижимая Мудрость Всесильного входит, подсвечивает душу, структуру желаний человека, в связи с Всесильным она воспринимает Мэм, как наполняющуюся сверху вниз. Когда сидят на земле, они едят и пьют. Веселье всегда выше, чем удовлетворение потребностей тела. Но, тем не менее, так как для того чтобы веселиться они встают на ноги, оно в разделении Цади и Куф. Почему они встают? Потому что переход от насыщения к веселью - всегда подъём.

В Торе (Брейшит, 18:12) сказано: «И Сара рассмеялась про себя, сказав: «После того, как состарилась я, помолодею? Да и господин мой стар».

Здесь тоже есть слово «цхок». А если в разных местах Торы слова и выражения совпадают, они имеют отношение к друг другу. В смехе может быть веселье от признания совершенства Всесильного, а может быть недоверие к Нему. И не наполненная Хет разделяет Куф и Цади.

Веселье в целом – это всегда чудесно. Но здесь это не веселье, а потакание низменным инстинктам. И тогда «поднялись к веселью», но веселье - не веселье.

 

104. «Царь Шломо, когда спустился в глубину ореха (ле-амка де-эгоза לעמקא דאגוזא), как написано (Шир hа-Ширим (Песнь песней), 6): «В сад ореха спустился я», взял кожуру ореха, и посмотрел на все те [слои] кожуры, и узнал, что все наслаждения тех «духов кожуры ореха» – только прилепиться к сынам человека и загрязнить их (леистаев лон לאסתאב לון), как написано (Коhелет (Экклезиаст), 2): «И наслаждения сынов человека, чертовка и черти («шеда ве-шидот», [שדה ושדות] переводится тут от слова «шед» («чёрт»), простой перевод: «повозки» (Раши))».

 

«Царь Шломо, когда спустился в глубину ореха (ле-амка де-эгоза לעמקא דאגוזא)». И «в глубину», «ле-амка»: Ламед, Аин, Мэм, Куф, Алеф. Во-первых, «спускаться», значит находиться в наполнении Ламед, чтобы понять слово «амка». Во-вторых, «спускаться» - это от постижения исправления, Замысла Игры постепенно переходить к ощущениям этого мира и затем – к желаниям души. Переход от Аин к Мэм, от наполнения Его Имени Аин, к наполнению Его Имени Мэм, этого мира, и затем к осознанию себя, как Куф. Для чего всё это делается? Для постижения Его Замысла, Алеф. И «ореха», «де-эгоза». И «орех», «эгоза»: Алеф, Гимель, Вав, Заин, Алеф. Это внизу, не наполненное Им. Это то, что в Замысле всей Игры создано, как связь Его системы управления с записями внутри. В понятии «ореха» есть замкнутость и недоступность. Ведь орех несёт в себе семя. Орех должен быть погружён в землю, там распасться, из него должен выйти росток, и стать живым растением. Но, одновременно, он есть и сладость, которую, когда раскалывает скорлупу, человек ест. И раскалывание скорлупы есть постижение связи между Его управлением и записями, в которых мы живём. И записи, в которых самих себя мы ощущаем, как «я» и как окружающий мир – сделаны искрой, Заин, разрядом, сразу. А связаны они с Гимель, с тем, как Он Замыслил связь с нами и управление. И когда мы раскалываем орех, вскрываем его, для нас выясняется абсолютная связность того, что мы знаем о самих себе, с тем, как Он управляет этим миром, с оправданием Его управления, с Замыслом, из которого всё это вышло, и к которому должно вернуться. Это подобно тому, как мы раскалываем орех, и ощущаем сладость ядрышка.

«В сад ореха спустился я». «В сад ореха», в место, где они произрастают, почему он «спустился»? И «спустился я» с точки зрения того, что посмотрел, как Замысел Всесильного отражается в картинах этого мира. То есть, в Его Замысел я не поднялся, а «спустился»: увидел его отражение на земле. «В сад ореха». Туда, где всё наполнено жизнью, и где есть символ того, для чего всё создано. Он «спустился»: нашёл это на земле. В том месте, где есть отражение всего. Где есть всё, что подобно тому, что есть наверху. То есть, он спустился в то место, где есть подобие всему.

И «взял кожуру ореха, и посмотрел на все те [слои] кожуры, и узнал, что все наслаждения тех «духов кожуры ореха» – только прилепиться к сынам человека и загрязнить их (леистаев лон לאסתאב לון)». И «их», «лон»: Ламед, Вав, Нун. Такое слово очень серьёзное. Постижение Высших Истин, связанных со структурой желаний души человека. И «их» есть всё окружающее. Ощущение того, что всё вокруг и есть «я», это «их», человеческих душ. Но это возможно только в соединении Ламед через Вав с Нун. С точки зрения Всесильного, чей это мир? Всё «их». Но это возможно только, если «они» постигают Ламед в соединении со структурой своей души.

И только тогда всё становится «их», когда в них через Вав входит Ламед. А так, это они и Моё, то, что Я создал для них. То, что Я создал для них, становится «их», когда с ними соединяется Ламед. А до этого они считают, что это не «их». Я-то знаю, что это «их». Но только тогда, когда у «них» Ламед наполняется, это становится «их».

Ты купил игрушку для твоего сына. Она может стоять в углу, и он её никогда не заметит. Но для того чтобы он заметил, ему надо сказать: «Это игрушка твоя». То есть, в него должна войти Ламед, что соединяет его и игрушку. Это слово совершенно неожиданное, такое искрящееся.

И «загрязнить», «леистаев»: Ламед, Алеф, Самех, Тав, Алеф, Вет. И «загрязнить», сокрыть – поместить за Самех. Замыслом Всесильного Тав поместить за Самех, чтобы соединиться с Его Замыслом и наполнить Вет. Создать Самех, поместить за ним Тав, чтобы соединился Алеф с Вет. Чтобы Замысел Всесильного соединился с наполнением человеком Брахи собственными усилиями слева направо.

И «как написано: «И наслаждения сынов человека, чертовка и черти («шеда ве-шидот», [שדה ושדות], «повозки» (Раши))». И «повозки» - крутящиеся без смысла. И «чертовка», «шеда»: Шин, Далет, Хей. Это обратное слово. Когда Шин не наполняется, Хей соединяется с Далет. Это «чертовка», «повозка», бессмысленные кругообороты. Если Шин не наполняется, Далет ощущается, как окружающая действительность без всякого исправляющего смысла. И это воздействия, которые экранируют духовные усилия человека. То же самое «и черти», «ве-шидот»: Шин, Далет, Вав, Тав. Множественный смысл отличается от одиночного числительного тем, что когда Шин не наполняется, Далет не связан с Тав. Почему в единственном числе после Далет Хей, а во множественном - Вав и Тав? Потому что в первом случае это один человек, а во втором случае – ситуация. Когда Шин не наполняется, Далет не связывается с Тав, вообще с усилиями людей. И во множественном числе ни у кого нет усилия Тав, которое связано с ощущениями Далет. Это уже явление. Первое – это ощущение человека, у которого Далет есть Хей без связи Шин с высшим. А второе – это когда нет наполнения Шин, у Далет нет связи с Тав. Но связь с Тав – это не для одного человека, это уже явление. Далет не связан Тав с народом Исраэль. Из-за того, что не было связи с Далет, у мудрецов на лбу была буква Тав.

Все буквы положительные. Все они наполнены любовью. А когда слово имеет отрицательный смысл, эти буквы не наполняются, отрицаются.

И «их», это рядом, но совершенно закрыто, скрыто. И становится «их» только тогда, когда в «них» входит Мудрость, Высшие Истины. А до этого что это «их», «они» не понимают. Но если этого соединения нет, тогда нет «их». В слове Ламед и Нун соединены через Вав. Но если этого соединения нет, тогда нет «их».

«Лё лон» - не «их». И «не», «лё»: Ламед, Алеф. Соединения с Творением нет. Буквы исключительно связаны с Творением. И поскольку Ламед в Творение не привнесён, это «не». А «нет», «лану»: Ламед, Нун, Вав.

Когда Ламед не вошло в Нун, это «нет». Огласовка находится под Ламед. Ламед не наполнена, тогда Нун не постигает Алеф. Клапан закрыт. И вся эта конструкция называется «нет».

 

В Торе (Шмот, 30:22-25) сказано: «И Говорил Бог, обращаясь к Моше, так: «А ты возьми себе лучших благовоний – чистой мирры пятьсот шекелей, и ароматной корицы дважды по двести пятьдесят шекелей, и ароматного тростника двести пятьдесят шекелей, и двести пятьдесят шекелей кассии, всё – в Священных шекелях, и hин оливкового масла; и сделай из всего этого масло для Священного помазания – искусную смесь; изготовь ее с особой тщательностью, и будет она маслом для Священного помазания».

Почему все составляющие масла - по пятьсот шекелей, а «ароматной корицы дважды по двести пятьдесят шекелей»? Корица – кора на дереве. Коричневое дерево. Это кора, шелуха. Поэтому два раза по двести пятьдесят шекелей. «Корица», «махецито»: Мэм, Хет, Цади, Йуд, Тав, Вав. В этом слове есть Хет, Цади, Тав. И то, что Заложено, как Хет, прегрешение, для исправления должно иметь две линии. То есть, в соединении Цади с Йуд через Вав, Тав привести к исправлению. И поэтому кора, клипа должна издать запах, превратиться в масло для помазания.

Изначально она представляет собой всего лишь кору дерева, клипу, то на живом, что есть неживое. Будучи правильно приготовлена, она становится ароматом, вкусом.